Достижения
в спортивной гимнастике не поражают
скоростью или длиной. Однако благодаря
именно этим показателям имя Марии
Гороховской всегда вызывало уважение
специалистов. Ее гимнастическая карьера
яркий пример спортивного долголетия —
вплоть до 37 лет она принимала участие
и побеждала в самых престижных
соревнованиях. Скорость, с которой
Гороховская набрала форму и достигла
олимпийских высот, пережив блокаду
Ленинграда, поражает не меньше. Кажется,
случай этот вообще где-то за гранью
человеческих возможностей.
Сегодня
в городе, которому она отдала большую
часть своей жизни, то есть в Харькове,
трудно найти хотя бы упоминание фамилии.
Если старожилы и вспоминают что-то, то
скорее ради того, чтобы подчеркнуть
собственную значимость — вот, дескать,
с какими людьми ходил по одной мостовой
и ездил на одном трамвае. Похожая картина
на родине, в Евпатории. Здесь хотя бы
проводится турнир в ее честь, правда не
очень представительный, информация о
нем не выходит за пределы причерноморья.
Человечекая память не всегда соответствует
масштабу личности. Тем не менее, если
сквозь все наслоения времени где-то
когда-то все-таки всплывет это имя, а
кто-то даже вспомнит, что была Мария
Кондратьевна первая в СССР абсолютная
олимпийская чемпионка, может не так уже
это и плохо. В конце концов важен не
количественный эквивалент памяти, а ее
наличие.
Гимнастикой
в 30-е годы начинали заниматься гораздо
позже чем сегодня. Вот и Муся Гороховская пришла в
евпаторийскую секцию уже будучи ученицей
средних классов - сегодня в этом возрасте
становятся мастерами. Правда, ее первая
награда не заставила себя долго ждать:
через два месяца после начала занятий
она занимает первое место на первенстве
области. Юную чемпионку награждают
значком с надписью: "Гороховской Н.
И. за первое место" в категории
новичков. Судьи перепутали инициалы -
видимо, слишком неожиданным был взлет.
Каким
видела свое будущее сама крымская
школьница - неизвестно. Но то, что далеко
идущие цели и мечты были - факт очевидный.
Самоотверженность, с которой она
отрабатывал различные гимнастические
элементы уже тогда становятся отличительной
чертой будущей покорительницы спортивного
Олимпа.
Сразу
после школы Муся поступает в Крымский
физкультурный техникум. А после первого
курса неожиданно для всех уезжает в
Ленинград, учиться в Высшей школе
тренеров. Однако стать дипломированным
специалистом ей так и не удалось -
помешала война. Как действовать дальше,
комсомолка и спортсменка для себя решила
категорично и однозначно: идти на фронт.
Однако девушке доверили другое, возможно,
на тот момент не менее важное дело:
работать цензором в управлении НКВД. В
отчаянии Муся решила, что свою личную
войну проиграла безвозвратно: с этого
рабочего места не было никакой возможности
подстрелить ни одного фрица. Между тем
приближалась чуть ли не главная битва
ее жизни - блокада.
То
было время, когда приходилось противостоять
не столько бомбардировкам, сколько
апатии и голодным обморокам. В такие
минуты терялся интерес к событиям,
людям, даже к собственной жизни. Когда
цензоров распустили в связи с сокращением
штатов, она возвращается в родной
институт. Теперь каждое утро Муся
посещала ВУЗовские аудитории: слушала
лекции и даже тренировалась. Из-за худобы
и постоянного чувства голода обычные
упражнения становились настоящим
испытанием на прочность. Один неверный
шаг, чрезмерная нагрузка - и все могло
закончиться прямо там, в спортивном
зале. Это очень напоминало футбол на
минном поле, причем угрозу представляли
не притаившиеся где-то там мины и снаряды,
а обычные жизненные обстоятельства.
Голод
вынес все-таки свой приговор - крайняя
степень истощения и дистрофия. Будущая
чемпионка была спасена только благодаря
усилиям одной из преподавательниц - в
комнате общежития та нашла Мусю в
полубессознательном состоянии и
отправила ее на большую землю. Далее
была эвакуация в Казахстан...
Май
1945 года наполнял ликованием и вселял
надежду. Мыслями Муся улетела в Ленинград
задолго до того момента как села в поезд
- уж очень хотелось закончить институт
и, конечно же, попробовать сказать свое
слово в спортивной гимнастике...
Уже
через 2 года Гороховская становится
полноправным членом сборной СССР.
Формально она не была даже мастером
спорта, по результатам первенства страны
1946 года она не попала в тройку призеров.
Но фактически ее техника и пластика уже
покорили истинных ценителей спортивной
гимнастики. Порой казалось, сама грация
нашла воплощение в этой девушке. Что
правда, тогдашнее видение гимнастического
идеала сильно отличалось от нынешнего,
сами спортсменки больше напоминали
физкультурниц, чем профессионалов в
современном понимании этого слова.
Галина
Шамрай из славной когорты гимнасток
послевоенной поры. Критический взгляд
на прежние достижения она воспринимает
без обиды, однако считает, что справедливости
ради надо оценивать не только мастерство,
но и условия тренировок, точнее их
отсутствие. Гороховская не была
исклчением. В 1950 году она переезжает из
Ленинграда в Харьков. Ее новой тренировочной
площадкой становится небольшая комната
в одном из ведомственных дворцов
культуры. Такая роскошь как личный
тренер даже не оговаривалась: хочешь
чего-то добиваться — будь сама себе
тренером. Так, на пару с еще одной
гимнасткой Марией Белоконь, и осваивала
сложную олимпийскую программу. Ей вместе
со всей страной впервые предстояло
стать участницей самых престижных
соревнований.
Пребывание
советских спортсменов в столице Финляндии
меньше всего походило на спортивное
событие, скорее массированная политическая
акция. Советская делегация и делегации
других социалистических государств
настаивали на том, что жить они должны
отдельным лагерем, а не на общих основаниях
в олимпийской деревне. Организаторы
выполнили все пожелания, в том числе
обеспечив и колючей проволокой для
ограждения территории.
Помимо
большой ответственности, которая
ложилась на плечи советских спортсменов
в плане завоевания высших наград, каждый
из прибывших в Хельсинки, так же держал
ответ за персональное поведение и даже
за случайно оброненное слово. Поэтому
на случай предложения со стороны
представителей империалистического
Запада обменяться адресами давалась
четкая инструкция либо совсем молчать,
либо всем отвечать одинаково: «Москва,
Скатерный переулок, 4.» На тот момент
именно по этому адресу находился
Спорткомитет СССР. Хотя бы благодаря
такому курьезу этот дом заслуживают
мемориальной доски. Вот только что на
ней можно написать: «Здесь был официальный
домашний адрес первых советских
олимпийцев?» Звучит по меньшей мере
странно, хотя для того времени конспирация
казалась вполне уместной — вражеское
окружение требовало от посланников
советского спорта особой бдительности.
Советские
гимнасты, как мужчины, так и женщины,
захватили лидерство с самого начала
соревнований. Однако судьи, возможно,
уверенные в том, что победа призеров
прежней олимпиады будет более заслуженной,
стали откровенно занижать оценки.
Руководители советской делегации
заявляли протесты, однако помогало не
очень. На общекомандном собрании решили
гнуть свою линию, только не словами и
делом. И лидером в этом была Мария
Гороховская. Уже во второй день турнира
она становится абсолютной чемпионкой.
Чуть позднее, в отдельных видах программы,
собирает целый урожай из 5 серебряных
медалей, среди которых, по крайней мере,
одна медаль с золотым блеском. Всего
год назад в СССР были признаны разновысокие
брусья и столько же оставалось времени
для того, чтобы приспособиться к ним.
Возможно, Муся взяла на вооружение
какую-то экспресс-методику или эргономика
снаряда подходила ей как нельзя лучше?
Конечно же будущая абсолютная чемпионка
даже слов таких не слышала. Зато испытывала
огромное желание побеждать и побеждала.
Возможно
ее успехам благоприятствовал высокий
моральный дух, говорят, Муся была идейным
коммунистом. Однако более правдоподобное
объяснение ее успехов заключается в
том, что за плечами спортсменки было
уже 33 года и своим единственным шансом
она хотела воспользоваться на все 100. К
перспективе скорого расставания с
большим спортом она относилась очень
серьезно.
Тем
не менее, вдохновенно продолжает
тренироваться и дальше: принимает
участие в показательных выступлениях,
готовится к новым соревнованиям... Среди
несомненных достижений того времени
становится титул чемпионки мира в
командном зачете, золотые награды
чемпионата СССР... И все это время ее
терзает один вопрос: надолго ли хватит
сил бороться с юными конкурентками.
Последний звонок прозвучал накануне
олимпийских игр в Мельбурне — в сборную
не пригласили, и так были охотники
завоевывать награды высшей пробы.
Стены
специализированного гимнастического
спорткомплекса в Харькове еще помнят
Гороховскую тренера, некоторые снаряды,
возможно, и спортсменку. В ставшем для
нее когда-то родным городе гимнастика
не имеет должной господдержки — на
двухмиллионное население только один
такой зал. А когда Мария Кондратьевна
начинала воспитывать таланты было целых
восемь. Свой спортивный опыт она
реализовывала так же в качестве судьи.
В воспоминаниях современников обе эти
ипостаси оцениваются без превосходных
степеней, но с уважением.
Многие
говорили о Мусе, что она человек семейного
склада — есть муж, тоже гимнаст, хотя и
не титулованный, дочь. Для женщины со
скромными запросами большего и не надо.
Возможно, поэтому очень скоро чемпионку
перестали замечать — пригласят выйти
с наградами принять участие в спортивном
празднике и то хорошо. Обязанности
матери, любящей жены или просто хозяйки
гостеприимного дома она никогда не
тяготилась.
Перестройка,
так называемый дикий капитализм, новые
ценности... Когда эти слова становятся
частью повседневной жизни, Мария словно
растерялась. Работать? Во имя чего?!
Ученики? Но где же их найти, если люди
озабочены только поиском денег?! А тут
еще дочка со своей семьей за лучшей
долей собралась в эмиграцию и не хочет
оставлять мать одну…
Есть
все основания называть Марию Гороховскую
украинской спорстменкой. Родилась в
Евпатории, почти 50 лет прожила в Харькове.
Однако России она не мене близка —
училась-то в Ленинграде, где впервые и
раскрылся ее гимнастический талант.
Удивительно, но на излете 20 столетия
граждане Израиля так же называли себя
соотечественниками выдающейся гимнастки.
В Земле обетованной она нашла заботу,
поддержку и в конце концов последний
приют. Конечно же все это так называемые
обстоятельства. А может не только? Есть
какая-то символика в самой ее биографии.
Наверное такие люди не принадлежат
исключительно одной стране какой-то
конкретной нации, в определенный момент
они просто становятся мировым достоянием.
Комментариев нет:
Отправить комментарий